реферат
Главная

Рефераты по рекламе

Рефераты по физике

Рефераты по философии

Рефераты по финансам

Рефераты по химии

Рефераты по хозяйственному праву

Рефераты по экологическому праву

Рефераты по экономико-математическому моделированию

Рефераты по экономической географии

Рефераты по экономической теории

Рефераты по этике

Рефераты по юриспруденции

Рефераты по языковедению

Рефераты по юридическим наукам

Рефераты по истории

Рефераты по компьютерным наукам

Рефераты по медицинским наукам

Рефераты по финансовым наукам

Рефераты по управленческим наукам

Психология педагогика

Промышленность производство

Биология и химия

Языкознание филология

Издательское дело и полиграфия

Рефераты по краеведению и этнографии

Рефераты по религии и мифологии

Рефераты по медицине

Реферат: Влияние этнического фактора на российское общество и политическое поведение студенчества

Реферат: Влияние этнического фактора на российское общество и политическое поведение студенчества

Последнее десятилетие уходящего века было ознаменовано бурным ростом политической активности, в основе которой лежит национальный фактор. Данные тенденции даже позволили многим исследователям говорить о “взрыве этничности” или о “феномене этнического возрождения конца XX века”. Однако подобные явления вовсе не являются феноменом лишь уходящего века. Этническая активность на протяжении всей истории человечества была одним из основных движителей исторического процесса. Именно благодаря активности тех или иных этнических групп перекраивалась политическая карта мира, создавались и гибли огромные империи. Таким образом, интерес к “этническому феномену” говорит не о том, что эти явления вдруг стали активно развиваться по всему миру, а лишь о том, что научная общественность наконец-то начинает уделять достойное внимание этническим процессам как важнейшему фактору политической динамики.

При этом попытки объяснить этнос лишь как одно из социальных образований наталкиваются на принципиальные трудности. С одной стороны, для объяснения различий этнических проявлений, исходя из логики социальных образований, вводятся все новые и новые теоретические конструкты, которые в конечном итоге оказываются чрезвычайно сложными и громоздкими. Однако этническая сущность все время ускользает и ее никак не удается исчерпывающе объяснить. С другой стороны, из логики социальных наук парадоксальным образом вытекает бесполезность и ненужность этнических коллективов, которые представляют собой архаичное образование, непонятно почему до сих пор существующее. Этнос, средствами только социологических наук, не поддается таким стройным, обоснованным и понятным описаниям как, например, государства, классы, профессиональные образования и т. д. Поэтому полное и исчерпывающее описание сущности этноса и законов его развития может быть осуществлено лишь в русле междисциплинарного подхода, в частности, творческого синтеза социальных и биологических наук.

В целом же, обобщая различные этнопсихологические работы, необходимо отметить, что этничность не является какой-то ситуативной переменной. Этничность была, есть и останется фундаментальной коллективной характеристикой, глубинной структурой личности, базовой по отношению практически ко всем другим ее проявлениям. Этничность в основе своей иррациональна. Не случайно исследователи, изучающие этот феномен, предпочитают говорить об этнических чувствах и архетипах. Любой человек является носителем той или иной этнической идентичности, которая способствует удовлетворению потребности в психологической определенности и устойчивости, а актуализация этничности, выливающаяся в политическую активность, является защитной реакцией психики на унифицированность и нестабильность окружающей среды.

Таким образом, можно констатировать, что этничность является неотъемлемой характеристикой каждого человека, и даже в неактуализированном состоянии она во многом определяет содержание психических процессов индивида, его стереотип поведения и стили взаимодействия с другими людьми. А мобилизованная этничность становится важнейшим фактором политической динамики.

Глобализация и глобальное развитие

На рубеже тысячелетий в мире происходят стремительные изменения, ученые всего мира начинают обращать все более пристальное внимание на проблемы глобализации. Под глобализацией понимается расширение и углубление социальных связей и институтов в пространстве и времени таким образом, что с одной стороны, на повседневную деятельность людей все более растущее влияние оказывают события, происходящие в других частях земного шара, а с другой стороны, действия местных общин могут иметь важные глобальные последствия. Глобализация предполагает, что множество политических, социальных, экономических, культурных и иных отношений и связей приобретают всемирный характер (1). Небывалый технический прогресс и развитие информационных технологий заставляют многих исследователей по-новому взглянуть на перспективы человечества. Мир на пороге нового тысячелетия сталкивается с новой доселе невиданной реальностью.

Борьба за “права человека” и “гуманитарные ценности” ведет к тому, что все большее количество людей постепенно вырабатывают общее понимание основных принципов жизнеустройства. Это формирует идейный фундамент глобализации, основными компонентами которого являются либерализм, рынок и технический прогресс. По мнению многих исследователей, глобализация влечет за собой трансформацию всей системы социальных связей индивида. Она раскрепощает личность, освобождает ее от привязки к определенной среде, открывает беспрецедентные возможности выбора жизненных стратегий. А в целом глобализация рассматривается как новый эволюционный этап в развитии человечества, вызванный развитием техносферы. Таким образом, имеются все предпосылки для стирания межэтнических различий и постепенному переходу человечества к общей цивилизации с единым центром, или к существованию человечества в рамках нескольких предельно глобализированных региональных объединений.

Для того, чтобы рассмотреть глобальные процессы человеческого развития под другим углом, нам необходимо взглянуть на историю развития человечества. Будучи в физическом плане существом не самым совершенным, человек в своем развитии вынужден был опираться на вспомогательные средства, которые обеспечили бы ему наибольшую безопасность и облегчили жизнь. В свою очередь быстрое развитие и совершенствование этих средств было обеспечено гигантским потенциалом, заложенным в человеческой психике и ее высшей форме – сознании. В результате, человек расселился практически по всей Земле и стал фактическим хозяином этой планеты.

При этом людей раскидало по планете нечто специфически человеческое. Нельзя сказать, что люди расселились из худших географических условий в лучшие – факты показывают, что имело место и противоположное. Им не стало тесно в хозяйственном смысле, ибо в каменном веке численность человечества была невелика. Им скорее стало тесно в смысле появления и развития бремени межиндивидуального давления. И люди искали отрыва сразу на недосягаемую дистанцию (2). Таким образом, люди, пытаясь сохранить свою психологическую уникальность, противостояли исходному свойству человеческой речи – выполняемой словом функции внушения (суггестии). В результате, контрсуггестия становится непосредственным психологическим механизмом осуществления всех изменений в истории. Позже появились более специфические средства контрсуггестии. Если невозможно вовсе не слышать звуков речи можно их не понимать, создать своеобразный фильтр. В этом и заключается психологическая гипотеза происхождения множественности языков.

В результате исторического развития отдельные группы людей вырабатывали свою систему ценностей, свое миропонимание и мировосприятие. Каждый этнос формировал свои категории истины, красоты, добра и справедливости (изобилия). И в каждом отдельном этносе все иррациональные цели рационализируются через призму этих четырех категорий (3). В результате воздействия самых разнообразных факторов на земле были созданы культуры, психологическая дистанция между которыми оказалась огромной. Представители отдельных культур могут зачастую воспринимать друг друга как диких, отсталых, грязных, глупых, лживых и т.д. Столь принципиальные различия привели к появлению политических систем и культурных норм, не только полностью не сводимых к какому-то единому общему стандарту, но и практически исключающих серьезные успехи в выработке унифицированных форм существования для различных культур.

Этнокультурное развитие человечества шло не только по пути усиления и подчеркивания различий от внешних групп, но и по пути усиления внутригруппового единства. Традиция, обычай, культ, ритуал, всякое заучивание правил, текстов церемоний, стереотипов выражения эмоций и даже шаблонность в материальной культуре и пище – все это средства приведения этнической системы к единому стандарту. За долгие годы исторического развития эти стандарты превращаются в особенности менталитета и архетипы.

Таким образом, этническое деление человечества можно соотнести с внутривидовым делением в животном мире. При этом внутривидовое деление вида Homo sapiens пошло по своему оригинальному пути. Оно не только пассивно отражало влияние внешней среды, но и в определенной мере стало продуктом деятельности самого человека. А невидимая граница этого деления находится в психике человека.

При этом природа, как рачительный хозяин, мудро распоряжается циклами этногенеза. Пока одни народы строят цивилизации, стремительно расширяют свои ареалы, ассимилируют соседние народы (то есть дают пышные всходы в виде материальных и духовных продуктов своей цивилизации), другие этнические группы пребывают в гомеостатическом состоянии – равновесии с природой (как бы находятся под паром). Но с течением времени некогда активные этносы и суперэтносы распадаются как системные целостности (гибнут) и превращаются в реликты, а их место занимают доселе никому неизвестные “дикие варвары”. Как только какая-либо цивилизация (как идея группы этносов) достигает высшей точки развития, она прекращает свое развитие, предпочитая наслаждаться уже достигнутым. Но как только цивилизация изживает себя, она неизбежно уничтожается “варварами”, которые берут на вооружение часть ее культуры и продолжают развитие в новом направлении.

Данный механизм является своеобразной иммунной системой человечества, компенсирующей гигантские возможности человеческой психики. Этническое деление предотвращает возможность инфицирования человечества какой-либо одной идеей. А такая возможность была бы весьма сомнительной не только с точки зрения возможности поступательного развития человечества, но и могла бы привести к его самоуничтожению. Более того, в этнических процессах (каждый этнос рождается и умирает), прекрасно описанных Л.Н. Гумилевым (4), заложена принципиальная возможность совершенствования человечества. Ведь в случае “бессмертия” этносов каждый из них достигнув своих целей (создав культурную, государственную, экономическую системы и т.д.), прекращал бы дальнейшее развитие. Так же как не существовало бы никакого развития в случае бессмертия человека, ведь у него не возникало бы потребности сжимать время, т.к. он успевал бы осуществить все.

С психологической же точки зрения, главным фактором этнической активности является волевой компонент сознания. Мы считаем, что в ходе исторического развития перцептивные, эмоциональные и мыслительные процессы не подвергаются серьезным изменениям. В то же время изменения, происходящие в волевой сфере, носят довольно существенный характер, и именно эти изменения определяют ход этнического и общественного развития. В течении длительного времени волевая сфера претерпевает изменения от состояния постоянной мобилизованности и целеустремленной активности, направленной на борьбу за место под солнцем и отстаивание своей уникальности, до почти полного отказа от волевых усилий. Что обычно связано с достижением определенных высот в развитии и изменившимся в связи с этим мировосприятием. Воля в данном контексте представляет собой набор моделей для действий в случае рассогласования в системе. Для трансляции воли последующим поколениям этнос использует игры, сказки, легенды, обычаи, традиции, религию. Их интерпретация и воспроизведение обеспечивают установку на волевое поведение. Но по мере накопления усталости в системе постепенно изменяются интерпретации и люди начинают отказываться от частых волевых напряжений. Они начинают верить в могущество построенной ими системы, в то, что теперь их безопасность вполне может обеспечить государство, а сами они могут беззаботно наслаждаться достижениями своей цивилизации. При этом в обществе всячески осуждается проявление “животных инстинктов”, под которыми чаще всего понимается проявление силы воли. Это качество теперь считается варварством и дикостью. При этом люди с сильной волей никуда не исчезают, просто волевое поведение перестает быть системной характеристикой и в обществе начинает господствовать другая доминанта.

И тогда на исторической сцене появляется один или несколько этносов, которые фанатично отстаивают свое миропонимание. Их волевой потенциал соответственно высок, и если на их пути оказывается старая цивилизация, то она неизбежно уничтожается или покоряется. Решающую роль в этом процессе играет воля в ее чистом виде. Воля, которая сметает все препятствия на пути, позволяет преодолеть любые трудности. История вплоть до сегодняшнего дня полна примеров того, как огромное техническое, численное, финансовое превосходство таяло под натиском человеческого фанатизма и целеустремленности. Ведь самое совершенное оружие в руках безвольного человека превращается в груду металла. А для того чтобы действовал эквивалент воли – деньги ( 5), необходимы общие для всех правила(законы). Но молодой агрессор не обременяет себя соблюдением этих правил, он их устанавливает сам. Он отнимет оружие у тех, кто не может им воспользоваться, объявит об “экспроприации экспроприированного”, а большинству навяжет свою волю.

Таков примерный сценарий создания и гибели всех великих империй и цивилизаций на земле. В основе этих изменений лежат этнические процессы, которые являются функцией биосферы, законы функционирования которой были описаны еще В.И.Вернадским (6). Именно этнические процессы представляют собой глобальное явление, охватывающее все человечество. И явление это будет существовать, пока существует человек, как часть биосферы земли. Ведь серьезное изменение этнического многообразия земли, например, образование нескольких народов-цивилизаций, означало бы существенное ослабление психологической “иммунной системы” человечества. А любое выяснение отношений в столь “глобализированном мире” могло бы привести к последствиям, по сравнению с которыми две мировые войны показались бы хулиганской разборкой.

Однако, если сам процесс этногенеза – явление, наблюдаемое в ходе исторического развития, то попытка вскрыть причины этого явления на сегодняшний день ограничивается лишь гипотезами. Ответить на этот вопрос психология, как и любая другая наука, в одиночку не в состоянии. Поэтому на наш взгляд внести свой вклад в решение этого вопроса может теория хаоса – самоорганизующихся систем – синергетика, представляющие собой дальнейшую эволюцию системных методов. Теория самоорганизации имеет дело с открытыми нелинейными диссипативными системами, далекими от равновесия. Практически все объекты, с которыми сталкивается психология, можно отнести к этому классу (7). В том числе и этнос - явление изучаемое этнопсихологией.

Политика, которая обязана умещать свои действия во времени жизни людей (8) не в состоянии реально влиять на такое глобальное явления как этногенез. Однако любая политика, претендующая на эффективность, обязана учитывать этническую специфику и законы развития этнических коллективов. Попытки сегодняшних аналитиков объяснить современные политические процессы и спрогнозировать будущее напоминают процесс гадания. А происходит это потому, что отсутствуют общепринятые представления о фундаментальных законах, по которым развивается человечество. Лишь при наличии таких законов можно эффективно прогнозировать любые процессы в обществе. В том числе и те процессы, которые сегодня принято называть глобализацией, которые представляют собой явление в чистом виде политическое. Ведь мир глобализируют не развитие техники и экономики – это всего лишь инструменты. А наличие таких инструментов предполагает то, что кто-то будет использовать их в своих целях.

В лице глобализации мы имеем сегодня качественно новую колониальную политику. Политика канонерок теперь пройденный этап, а применение вооруженной силы лишь завершающий и не всегда необходимый этап психологической операции. На первый план выходит воздействие на массовое сознание с целью выработки единых стандартов потребления, мышления и системы ценностей. Главным проводником этой политики является, в первую очередь, администрация США. Основными составляющими этой политики является распространение идей рыночного фундаментализма и либеральных ценностей. Новый высокотехнологичный бизнес заинтересован в глобальной экспансии и всеобщей стандартизации. Причем не только технологической, но и культурной и политической. Ведь финансовая гипотеза не должна быть истинной, для того чтобы быть прибыльной, достаточно, чтобы она стала общепринятой. И для этого делается все возможное.Через навязываемые стандарты потребления идеи глобализации все глубже проникают в человеческое сознание. При этом, не смотря на всю риторику о равных возможностях, свободной конкуренции, преодолении диспропорций в развитии, США заинтересованы в том, чтобы сохранить существующее положение вещей (неравные стартовые позиции разных стран) и тем самым обеспечить себе и закрепить положение мировой администрации. Процесс глобализации, становления мегаобщества давал бы им в руки мощные рычаги контроля, сдерживания, а при необходимости и ликвидации потенциальных конкурентов. В зависимости от значения проблемы, конкурентных условий, силы сопротивления меры воздействия могут варьироваться – от предоставления займов до вооруженного вмешательства.

Но глобализация наталкивается на непреодолимые барьеры, порожденные принципиальной несводимостью политических систем и культурных норм к более или менее унифицированным нормам. На этот барьер наталкивались и все колониальные империи прошлого. Даже если взглянуть на XX век, то его можно рассматривать в свете краха различных глобализационных проектов – колониального, фашистского, коммунистического. Никто не называл эти проекты глобализацией, но все они были, по сути, попытками ее осуществления и все сталкивались с невозможностью осуществить ее в полной мере.

Ещё В.М. Бехтерев описал законы, по которым протекают общественные процессы (9). Также, по синусоиде, протекали и все попытки глобализаций. Вслед за серьезными успехами следовал неизбежный крах, затем следовала попытка другой глобализации, заканчивавшаяся тем же результатом. Это происходило даже, несмотря на то, что зачастую “глобализаторы” приносили с собой более стабильную и богатую жизнь. Но унификация культур на технологическом уровне порождает обратные процессы на психологическом, и дефицит культурной отличительности активизирует систему этнического стереотипа (10). И то, что принималось людьми на рациональном уровне, на бессознательном вызывало сопротивление, рано или поздно (если конечно не произошло ассимиляции) перераставшее в открытую форму. То, что выглядело логично и принималось отдельным индивидом, отвергалось этнической системой.

Противоположные процессы глобализации и сопротивления ей уже сейчас оказывают серьезное влияние на жизнь конкретных людей. И для того, чтобы политика могла эффективно обслуживать потребность человека в ориентации, необходимы самые серьезные исследования, учитывающие, в том числе, и этнический фактор. А основным способом избежать последующих разочарований может стать увеличение ценности национальных культур и развитие в этом направлении. Такие тенденции, как защитная реакция на процессы унификации, все явственней прослеживаются уже сегодня.

Этнический фактор в политике России

Особую актуальность этнические проблемы приобретают в многонациональной России. Вопросы целостности и стабильного развития Российского государства во многом зависят от решения данных проблем. Достаточно напомнить, что наша страна в XX веке дважды (1917 и 1991гг.) разваливалась по этническому принципу. Причем оба раза этот развал не был следствием открытого угнетения или борьбы за независимость каких-то народов. Но как только центральная власть ослабевала и не могла эффективно контролировать политическую обстановку, то национальные окраины объявляли о своем суверенитете. И причиной этого была противоречивая и неоднозначная национальная политика.

В дореволюционной России была осуществлена попытка создания государственной идеологии на основе православия. В вопросах определения лояльности к государству внимание обращалось не на национальные различия, а на конфессиальную принадлежность. Но, в целом, такая политика не стала объединяющей не только для всех народов, но даже привела к расколу в православной среде. По разным оценкам, в России XIX в. Насчитывалось до 12-20 млн. явных и тайных сторонников старообрядчества (11). А сам церковный раскол, произошедший в середине XVII в. и последующее его углубление стали следствием стремительного сближения и подчинение церкви государством. И, как показал последующий опыт, такая практика в конечном итоге оказалась губительной и для империи и для церкви.

Большевикам удалось эффективно использовать огромный потенциал национальных движений в своих интересах. Объявив о равенстве народов и праве наций на самоопределение вплоть до отделения, они тем самым если и не привлекли на свою сторону все национальные окраины, то уж точно выбили почву из под ног у белого движения, продолжавшего выступать под лозунгом «единой и неделимой». А Советская Россия учреждалась на основе союза свободных наций как федерация Советских национальных республик (РСФСР).

В дальнейшем во внутренней политике Советского Союза на протяжении всей его истории сочетались две противоречивые тенденции. С одной стороны, шло целенаправленное формирование “новой исторической общности советского народа” - своеобразная антинациональная политика, а с другой стороны СССР представлял собой своеобразный полигон для сохранения и дельнейшего развития титульных народов союзных и автономных республик.

И в первом и во втором случае межэтническое напряжение росло даже не из-за реального притеснения по национальному признаку, а из-за нежелания замечать культурную уникальность того или иного народа, его традиции, обычаи, ценности, религиозные особенности. Не случайно, что именно защита местных культур от русской “экспансии” стала первичным мотивом деятельности национальных движений, возникших в середине 80-х в большинстве национально-территориальных образований СССР.

История современной России также началась с реверансов в сторону национальных автономий. Регионам предлагалось взять столько суверенитета, сколько они смогут переварить (этот шаг обеспечил Ельцину серьезную поддержку в национальных республиках). Но, столкнувшись с тем, что процесс “суверенизации” выходит из-под контроля, центральные власти в своей политике делают резкий поворот в сторону централизации. Сегодня все чаще раздаются предложения о полной и безотлагательной унификации всех субъектов Федерации, и даже о построении унитарного государства. Таким образом, в Российской внутренней политике вновь закладываются противоречивые тенденции, во многом исключающие друг друга.

Россия в своей национальной специфике является уникальной страной, но далеко не единственной. И изучение мирового опыта в этом вопросе могло бы существенно облегчить работу по формированию национальной политики. Сегодня все больше государств пытаются строить свою политику на основе мультикультурности. Так, в США, где в течение долгого времени наиболее активно проводились кросс-культурные исследования, вынуждены были отказаться от стратегии “плавильного котла”. Данная стратегия предполагала “переплавку” всех вновь прибывших мигрантов в единую американскую нацию. Однако, столкнувшись с тем, что формирование нового народа идет чрезвычайно медленными темпами, а многие этнические коллективы предпочитают не ассимилироваться, а сохранять свою культурную среду, американцы вынуждены были пересмотреть свою политику в этом вопросе. Выработанные новые идеи мультикультуризма предполагают сохранение этнической уникальности отдельных народов при существовании в стране “наднациональной” - государственной идеологии. Таким образом, США, которые довольно эффективно используют в своих интересах национальные противоречия в других странах, осознали, что этнический фактор необходимо учитывать и во внутренней политике, а попытка интенсификации ассимиляционных процессов могут привести к непредсказуемым последствиям.

При этом необходимо отметить существенное отличие этнической ситуации в США и в нашей стране. В Соединенных Штатах практически все население (за исключением индейцев) является иммигрантами. И вновь прибывающие туда эмигранты уже в определенной степени разделяют ценности американской культуры и у них уже сформирована установка на то, что им придется адаптироваться к новой среде.

Российское же государство создавалось по другим принципам, и в него включались территории с народами, исконно проживающими в этих местах. Поэтому любые неосторожные политические шаги могут восприниматься этими народами как враждебные, направленные на ущемление их прав. А чрезмерно активные попытки искусственной ассимиляции не раз приводили к политическим потрясениям. В целом в России, несмотря на долгий опыт, к сожалению так и не выработана культура межэтнического взаимодействия. Работа в этом направлении носила не систематизированный и случайный характер. И хотя в данном вопросе невозможно найти универсальные решения, пригодные для всех случаев, большую часть проблем могло бы решить более глубокое изучение культур и стереотипов, поведения соседних народов.

В целом в России на протяжении всей ее истории (с того момента как она стала империей) не было национальной политики. И хотя это словосочетание российской (советской) политической элитой было буквально затаскано, сама политика, по сути, была антинациональной. Происходило это именно потому, что политика не обладала достаточной информацией о том что такое этнос и каковы законы его развития. А эффективно управлять чем-либо, не понимая внутренней логики явлений, еще никому не удавалось.

В России дистанция между властью и народом оказалась слишком большой (почему это произошло – тема отдельного исследования). В результате политика здесь никогда не была не только межнациональной (учитывающей специфику разных народов), но и русской (обеспечивающей доминирование одного этноса). Русские наравне со всеми другими народами служили для государства материалом для формирования новой общности. Сначала “русской нации” на основе православия, а затем “советского народа” на основе коммунистической идеологии. Но попытки быстро сформировать единую общность из народов шести языковых семей были полным волюнтаризмом. Европа, например, за гораздо более длительный срок не смогла “переварить” единственный народ из другой языковой семьи – басков.

В результате Россия стала жертвой собственной “глобализации”. Власти создавали с регионами жесткие вертикальные связи (каждый этнос, сословие, область должны быть лояльны и напрямую подчиняться центру), а формированию горизонтальных связей (экономических, культурных, межнациональной идеологии) не уделялось должного внимания. В результате, как только центральная власть ослабевала и не могла осуществлять жесткий контроль, государственная система, не скрепленная прочными горизонтальными связями, разваливалась. А русские, привыкшие слишком тесно идентифицировать себя с государством, переживали в такие периоды серьезный психологический кризис и демонстрировали поразительную беспомощность. Так, сегодня в отделившихся республиках мы наблюдаем, что русские в большинстве своем предпочитают не консолидироваться по этническому признаку, а выезжать в Россию.

Что касается предложений строить сегодня унитарное русское государство, то они не менее губительны для России. И ссылки на то, что Россия можно считать моно национальным государством, так как подавляющее большинство в нем составляют русские (85 %), также несостоятельны. Во-первых, демографическая ситуация сегодня стремительно меняется и уже завтра мы можем обнаружить вокруг себя новую реальность, а во-вторых, и это главное, вопрос политической активности того или иного этноса это не вопрос арифметики. Малочисленный, но сплоченный этнический коллектив может влиять на политику самым серьезным (и непредсказуемым) образом. В России необходимо отказаться от тезиса, что у нас созданы лучшие условия для малых народов, только потому, что по отношению к ним не ведется “имперской политики”. Этот тезис также неверен, как и обвинения русского народа в исконном шовинизме.

Сегодня у России, находящейся в довольно плачевном состоянии, самым существенным ресурсом, способным обеспечить ей геополитическое будущее, остается “этнический ресурс” – народы, населяющие ее бескрайние просторы. Но российские власти пока демонстрируют абсолютное неумение распоряжаться этим ресурсом – своим главным богатством. По всем законам, постулируемым глобализацией (огромная территория, большие энергозатраты, высокая себистоимоть продукции и т.д.) Россия должна неизбежно развалиться. Единственной силой, которая сдерживает эту огромную, слабо контролируемую центральными властями территорию, является российский народ. Это русский этнос, расселившийся от Балтики до Тихого океана, но парадоксальным образом сохраняющий единство. Это тюркские, кавказские, финно-угорские и другие народы, которые, сохраняя свою систему ценностей, поддерживают и единство на суперэтническом уровне. Это военные, преподаватели, ученые, врачи, которые, прозябая в нищете и месяцами не видя зарплат, говорят о чувстве долга, патриотизме и еще Бог знает о чем. Это они и только они не дают превратиться России в третьеразрядную колонию “цивилизованного мира”. С точки зрения цивилизованного человека этого просто не должно быть, это противоречит здравому смыслу. Поведение этноса как системной целостности в данном случае абсолютно иррационально. Он сохраняет свою структуру, несмотря на все трудности. Но именно эта иррациональность сохраняет целостность государства и перспективу на будущее.

Однако, такое положение не может сохраняться бесконечно долго. Этнос, как явление, лежащее на границе биосферы и социосферы, довольно медленно реагирует на изменения, но это не значит, что совсем не реагирует. Предпосылки для дальнейшего дробления России уже сложились, и если у России не будет внутренней национальной политики, то такая политика будет осуществлена извне. И такая работа в национальных регионах ведется, идеи панисламизма, пантюркизма живы и сегодня. Кроме того, мировая практика не знала примера, когда бы один этнос заселял такую протяженную территорию как русские, но слишком разные условия на этом пространстве тоже одна из предпосылок дробления этноса и государства. И дальнейшее неграмотная политика в этом направлении неизбежно станет причиной осуществления этих предпосылок.

Политика как рациональная форма использования иррациональной сущности масс (12) обязана иметь исчерпывающие знания о сути этого иррационального компонента, который специфичен для каждого этноса. Только в этом случае политика, используя рациональные методы, могла бы мобилизовывать защитные функции этничности, что в свою очередь позволяло бы государственной системе сохранять устойчивость при внешнем воздействии. Пожалуй, в будущем только такая политика сможет противостоять политике глобализации, торжество идей которой в России неизбежно свело бы ее до разряда сырьевой колонии. Поэтому наука и политика должны обратить самое пристальное внимание на изучение этнических процессов. Полученная информация должна стать основой, на которой будет строиться эффективная российская политика. Можно выстраивать здание самой величественной политики, но если при этом не учитывать на какой почве мы его строим, то оно в любой момент может быть разрушено оползнями и землетрясениями этнических процессов.

В целом же в условиях России единственной успешной стратегией может стать взаимная интеграция – тенденция сохранения собственной этнической идентичности наряду с обладанием культурой титульного этноса. Идеологией, способной повести общество в этом направлении может стать мультикультурность, как позитивное отношение к наличию в обществе различных этнокультурных групп и добровольная адаптация социальных институтов к потребностям разных культурных групп, учитывающая уникальную специфику каждого народа и использующая этот потенциал в общегосударственных интересах При этом необходимо помнить, что для понимания и принятия других надо уважать, прежде всего, собственную культуру, быть уверенным в ее ценностном и позитивном значении. Только такая политика может лежать в основе стабильного развития Российского государства.

Студенчество и этнические процессы

Студенческая среда – это одна из наиболее интенсивных зон межэтнических контактов. В такие крупные города как Санкт-Петербург, Москва и другие приезжает учиться молодежь практически из всех регионов России, стран ближнего и дальнего зарубежья. Именно в ВУЗах встречаются представители самых разнообразных этнических групп, и вступают в контакт различные системы мировосприятия и миропонимания. Именно в результате этих контактов у многих студентов закрепляются стереотипы межэтнического восприятия и поведения, которые они пронесут через всю жизнь. В целом студенческий возраст (18-22 лет) является решающим периодом развития этнического самосознания, его упрочнения и закрепления (13). В период обучения в ВУЗе этническое самосознание молодого человека расширяет систему его представлений о мире и укрепляет его место в нем. Студенческий возраст представляет собой кризисный переход между юностью и взрослостью, в течение которого в личности происходят многомерные, сложные процессы: обретение взрослой идентичности и нового отношения к миру.

Всё это повышает ответственность университетского образования за будущее России, за то, по какому пути она пойдёт, как будут развиваться процессы межэтнического взаимодействия. Но, к сожалению, сегодня в этом направлении не ведется активной работы. И современная система образования не гарантирует формирования позитивных межэтнических установок. А оформившееся в студенческой среде негативное восприятие той или иной этнической группы или исключительность своей национальной группы опасны вдвойне. Ведь носителем негативных установок в межэтническом взаимодействии может стать будущая интеллектуальная элита, которая будет формировать Российскую политику в XXI веке.

В 2000 году в СПбГУ Лабораторией актуальных проблем политической психологии совместно с НИИ Комплексных Социальных Исследований начато осуществление проекта по изучению этнического самосознания и роли этнического фактора в современной жизни Россиян. На первом этапе работы начато изучение данного вопроса среди студентов Санкт-Петербургских ВУЗов. Работа продолжается и в настоящее время (обработано 127 анкет, собранных на психологическом, восточном и философском факультетах СПбГУ, а также в ГАФК им. П.Ф,Лесгафта) однако уже можно сделать некоторые предварительные выводы.

В целом в повседневной жизни этничность подавляющего большинства опрошенных студентов не актуализирована и этническая самоидентификация не занимает ведущих позиций. Несмотря на это студенты проявляют довольно живой интерес к различным этническим вопросам. Что в частности проявилось при заполнении разработанной автором анкеты. Большая часть опрошенных интересуется вопросами национальных отношений и в повседневной жизни. Так 88 % опрошенных интересуются культурами других народов и в большинстве своем охотно вступают с ними в контакт. А 46 % опрошенных в повседневных контактах практически всегда обращают внимание на национальность человека с которым общаются (в основном это носит информационный характер). И лишь 23 % заявили о том, что на их национальную принадлежность никогда не обращают внимания (не выделяют по национальному признаку). Большинство студентов (70%) с различной долей критичности гордятся и позитивно оценивают свою этническую принадлежность. Отдельно необходимо отметить случаи, когда человек по каким-либо причинам не может однозначно определиться со своей национальной принадлежностью (чаще всего это разная национальность родителей). Относительно часто в ответах на вопросы у таких людей обнаруживаются элементы негативного мировосприятия и пониженная самооценка. В научной литературе достаточно много писали о том, что подобные нарушения очень часто встречаются у представителей этнических меньшинств, подвергшихся ассимиляции, или у потомков межэтнических браков, то есть в случае, когда у человека не сформировано ясная и позитивная этническая идентичность. Однако говорить, что данная точка зрения подтверждается в нашем исследовании пока рано, из-за того, что обработано недостаточное количество результатов.

В то же время следует отметить существующие элементы предвзятости и негативизма в национальных отношениях. Хотя 85 % респондентов имеют среди своих друзей и близких представителей других национальностей, многие определяют свое отношение к человеку исходя из его этнической принадлежности. Так 20 % опрошенных заявляют о том, что с представителями некоторых национальностей им было бы неприятно общаться и видеть их в своем городе. На вопрос об отношении к межнациональным бракам 5 % однозначно высказали своё отрицательное отношение, а ещё 16 % заявили, что их отношение зависело бы от национальности человека. Ещё 5 % опрошенных студентов, обращая внимание на национальность человека определяют тем самым стоит с ним общаться или нет. В целом для большинства ( 76 %) то, что их выделяют в повседневной жизни по национальному признаку носит лишь информационный характер и не играет важной роли. Но 14 % опрошенных говорят о том, что их национальная принадлежность может превращаться в своеобразный барьер, затрудняющий общение с окружающими. Почти половина опрошенных (47 %) считают, что даже в Санкт-Петербурге в той или иной мере существует притеснение по национальному признаку, а ещё 32 % не смогли однозначно определиться по данному вопросу. На такой оценке вероятно основывается и мнение 50 % респондентов о том, что отсутствие в новых Российских паспортах графы “национальность” позволит многим избежать притеснений по этническому признаку. Ещё 20 % положительно относятся к этому фактору, так как это, по их мнению, послужит стиранию межнациональных различий, а 10 % высказали своё отрицательное отношение, так как это может оскорбить национальные чувства некоторых людей.

Довольно неоднозначны и противоречивы попытки определить, что же такое национальность в понимании каждого и какова ее роль в жизни. В попытках определиться в этих вопросах большинство испытывало некоторые затруднения, называя либо большой набор различных характеристик, либо давая противоречащие друг другу ответы. В целом в ответах на эти вопросы не просто выделить какое-то ядро. Несколько чаще как этнодифференцирующему признаку предпочтение отдается психологии, как манере думать и чувствовать. Национальность всё-таки остается характеристикой, которую легче почувствовать, пережить, чем логично описать.

Нет в студенческой среде и однозначного понимания того, как развиваются этнические процессы. Так 18 % считают, что национальные различия будут стираться и в будущем образуется единая цивилизация; 16 % думают, что в будущем останется лишь несколько крупных народов; 29 % предполагают, что количество народов в ходе исторического развития не изменяется и в будущем в этом плане не произойдет каких-либо изменений; 25 % считают, что в ходе развития одни народы сходят с исторической сцены и появляются новые; 12 % не смогли сформулировать свое мнение по этому поводу. Причиной большинства политических конфликтов 41 % респондентов считает межнациональные отношения, а 55 % , наоборот, считают, что большинство межнациональных конфликтов создается искусственно для достижения тех или иных политических целей. Свое отношение к национальным обычаям и традициям 40 % определяет как положительное, так как это позволяет сохранить свою самобытность и свой исторический путь, а 30 % - как отрицательное, так как это затрудняет межнациональное общение.

У большинства опрошенных студентов этнические чувства не актуализированы в повседневной жизни. Однако мощнейшим мобилизационным фактором для большинства является оскорбление по национальному признаку или негативная оценка народа, к которому принадлежит человек. Именно это чаще всего оставляет глубокий след в памяти человека и заставляет предпринимать какие-либо действия. Ещё одним мощным фактором этнической мобилизации является сопричастность или сопереживание какому-либо общему успеху или достижению. Что касается попыток раскрыть психологию своего народа, то здесь студентами предлагается довольно большой список сказок и литературных произведений, которые могли бы это сделать. Это говорит, с одной стороны, о том, что у респондентов не существует устоявшихся однозначных представлений о психологических особенностях своего народа (которые к тому же всегда противоречивы), а с другой стороны они пытаются заполнить этот пробел существующими стереотипами.

Ещё одним фактором, который удалось выявить в ходе исследования является то, что значительная часть опрошенных, несмотря на свой интерес к другим народам и желание общаться с их представителями, в принципе не готова к таким контактам. Так 45 % студентов заявили, что они особо не задумываются о своем поведении, находясь в других регионах или странах и контактируя с представителями других народов, а ведут себя так как им удобно. Но именно такое неумение и нежелание учитывать стереотип поведения других народов и изменять в соответствии с ним свое поведение чаще всего служат источником непонимания и напряженности в межэтнических контактах. Лишь 22 % опрошенных заявили, что они стараются подстраиваться под поведение народа, с которым контактируют. И еще 27 % студентов заявили, что они пытаются продемонстрировать свои лучшие качества, так как по их поведению будут судить обо всем народе. Однако данная стратегия поведения также не всегда оправдывает себя и ее успешность зависит от конкретной ситуации.

Одним из основных направлений в решении подобных проблем может стать увеличение роли этнопсихологии в образовательных программах. Именно эта дисциплина способна ярко продемонстрировать и объяснить специфику отличий, лежащих в области межнациональных различий. Показ неповторимой сущности самых разнообразных культур и демонстрация того, что носители этих культур не могут думать и чувствовать абсолютно одинаково, могут во многом способствовать повышению межэтнической терпимости (толерантности). При этом особое внимание необходимо уделять не только теоретической подготовке, но и практическим контактам между представителями различных культур, как на межгосударственном уровне, так и внутри страны, где межэтнические различия оказываются зачастую даже более яркими.

При работе со студентами необходимо помнить, что многие из них это будущие преподаватели, которые должны будут передать полученные знания и сформированные установки последующим поколениям. А современные исследования показывают, что можно говорить о наличии социальных и психологических факторов, в той или иной степени нарушающих адекватность поведения детей в группах, в которых работают учителя с неадекватными формами выражения этнического самосознания. Дети, обучающиеся у учителей с адекватной позитивной формой выражения этнического самосознания, лучше адаптированы в микросоциуме, их поведение характеризуется больше гибкими и гармоничными способами взаимодействия с окружающими. Тогда как дети, обучающиеся у учителей, с гиперболизованной и литотизированной формами этнического самосознания отличаются затрудненной социально-психологической адаптацией в среде (14).

Кроме того необходимо отметить, что большая часть различных этнофобий имеет корни в негативной оценке своей этнической группы. Именно отсутствие позитивной оценки своего этноса и переживания национального комплекса неполноценности приводят к тому, что срабатывает психологическая защита, и люди обрушиваются на другие народы, обвиняя их во всех смертных грехах. Таким образом, формирование позитивной оценки своей этнической группы является одной из основных составляющих комплекса мер, направленных на формирование здоровой межэтнической обстановки.

В целом, именно в студенческой среде должна формироваться и распространяться межнациональная политика. Именно здесь должна формироваться общая система ценностей и установок, обеспечивающая единство многонационального российского общества. Это бы во многом облегчило взаимное приспособление народов России друг к другу и стало реальной альтернативой попыткам обретения суверенитета на национальной основе. Сегодняшнее студенчество как будущая интеллектуальная элита страны может стать активным проводником идеи мультикультурности, гарантируя тем самым стабильное развитие общества.

Список литературы

1.Гаджиев К.С. Введение в геополитику. М., 1998. с. 75.

2.Поршнев Б.Ф. Конртсуггестия и история // История и психология. М., 1971. с. 18- 19.

3.Зимичев А.М. Психология политической борьбы. СПб., 1993. с. 18.

4.Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера земли. М., 1993. с. 48-49.

5. Юрьев А.И. Современная проблема психологии: неисследованные эквиваленты объективной реальности // Вестник Санкт-Петербургского Университета. Серия 6, выпуск 1 (№ 6) 2000г.

6.Вернадский В.И. Химическое строение биосферы Земли и ее окружения. М., 1965.

Живое вещество. М., 1978.

7.Крылов В.Ю., Курдюмов С.П., Малинецкий Г.Г. Психология и синергетика. М., 1990.

8.Юрьев А.И. Системное описание политической психологии. СПб., 1997. с. 83.

9.Бехтерев В.М. Коллективная рефлексология. Пг., 1923.

10.Солдатова Г.У. Психология межэтнической напряженности. М., 1998. с. 85.

11.Ершова О.П. Старообрядчество и власть. М., 1999. с. 77, 83.

12. Московичи С. Век толп. М., 1996.

13.Вяткин Б.А., Хотинец В.Ю. Этническое самосознание как фактор развития индивидуальности // Психологический журнал 1996. Т. 17, № 5. с. 69-75.

14.Хотинец В.Ю. Этническое самосознание. СПб., 2000. с. 186-187.

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.political psychology.spb.ru/


© 2011 Банк рефератов, дипломных и курсовых работ.